Высший суд Белграда превратил дело об убийстве в элитном ресторане в тест на доверие к самой полиции: под арест отправлены двое ее сотрудников, работавших в звене по защите свидетелей.

12 мая: выстрелы в ресторане «27»

12 мая в ресторане «27» на белградском Сеняке был застрелен Александр Нешович — тяжкое убийство сразу получило ярлык «жестокого» даже в сухих сводках хроники.¹ По версии следствия, к этому моменту вокруг главного подозреваемого, Саши В., уже работала его частная охрана, в которой служили и полицейские Д.В. и М.Й.²

После убийства: контакты вместо тревоги

Прокуратура утверждает: в момент преступления Д.В. и М.Й. находились у входа в ресторан, а сразу после убийства вступили в контакт с Сашей В., подозреваемым в тяжком убийстве Нешовича.¹ Вместо того чтобы немедленно сообщить о преступлении и его исполнителе, они, по данным обвинения, фактически помогли ему «после совершения преступного деяния».³

Допрос и резкое отрицание вины

На допросе в Высшей государственной прокуратуре Белграда оба полицейских полностью отвергли свою причастность и обвинения в «непринятии мер по сообщению о преступлении и помощи исполнителю после его совершения».³ Тем не менее прокуратура настаивает: есть «основания подозрения», что они действовали не как стражи порядка, а как часть частного щита Саши В.²

5 июня: суд выбирает жесткую меру

5 июня Высший суд Белграда назначил Д.В. и М.Й. предварительный арест сроком до 30 дней.¹ Как пояснила пресс-секретарь суда, эта мера принята из‑за «особых обстоятельств», указывающих, что, оставаясь на свободе, они могли бы «влиять на свидетелей и тем самым мешать процедуре».²

Политический подтекст: государство «чистит ряды»

Проправительственные медиа подают решение суда как демонстративную «зачистку» внутри системы: подчеркивается, что речь идет о сотрудниках элитной «Единицы по защите свидетелей», оказавшихся в частной охране бизнесмена, подозреваемого в убийстве.¹³ Такая подача позволяет власти показать, что государство готово сажать и собственных полицейских — но одновременно обнажает тревожный вопрос: сколько еще людей в форме подрабатывают в тени частных интересов.