Бывший начальник белградской полиции Веселин Милич из свидетеля превращается в главную фигуру расследования: власть говорит о «новых доказательствах», сама защита – о «охоте» без единого реального улики.

Хронология дела

11 мая исчезает А.Н., позже его тело находят закопанным в бочке под Инđией.¹ По версии следствия, убийство было совершено 12 мая в ресторане «27» на Сеняке, в деле фигурируют ещё десять подозреваемых.²

13 мая, как утверждает сам Милич, он «утром» докладывает Управлению криминальной полиции Белграда обо всех своих сведениях, оформляет служебную записку и прямо требует полиграфа для себя и закреплённых за ним полицейских.³

15 мая его впервые допрашивают в Высшей прокуратуре Белграда как подозреваемого по статьям о непредставлении сообщения о преступлении и помощи преступнику после совершения преступления.² К концу месяца он уже три недели в изоляторе, а адвокаты молчат, ссылаясь на «профессиональные разReasons» и стадию процесса.⁴

3 июня прокуратура объявляет: Милич снова допрошен «по поводу новых доказательств», собранных в ходе расследования.⁵ Лояльные власти медиа подчёркивают: повторный допрос – часть широкой директивы по делу «тяжкого убийства на Сеняке».¹⁵

Контрудар защиты

В тот же день юридическая фирма Vasiljević Legal выходит из медийной тишины. В заявлениях для проправительственных изданий она утверждает, что «ни одного доказательства, связывающего Милича с тяжкими, да ещё и ложными обвинениями, до сих пор не представлено», хотя он всё это время в СИЗО.⁴ Курир цитирует их лозунг: «цель – истина».⁶

Оппозиционное издание Danas публикует практически полный текст показаний Милича: он называет своё явку в полицию «наивной», уверяет, что добровольные показания были искажены, а полицейские «злонамеренно и изощрённо ввели в заблуждение прокуратуру, государство, МВД и общественность, представив его чудовищем без единого доказательства».³⁷

Противоречивые нарративы

Государственные СМИ подчёркивают формальную сторону: повторный допрос, «новые доказательства», тяжесть преступления и роль Милича как тогдашнего шефа полиции.¹²⁵ Оппозиционные площадки делают акцент на том, что после трёх недель ареста защита не видит ни одного представленного улики и говорит о «преследовании и подставе» со стороны части полицейского аппарата.⁴⁷

Между «новыми доказательствами» прокуратуры и заявлением защиты о «нулевых уликах» зияет пропасть. Пока общество слышит только громкие формулировки, ключевой вопрос остаётся тем же: кто на самом деле контролировал убийство на Сеняке – преступники или система, которая должна была их остановить?