Вечернее избиение двух активистов Сербской прогрессивной партии (СНС) в Нови-Саде за ночь превратилось из криминальной хроники в политический манифест власти — с максимальным демонизированием «блокадного» протеста и минимумом фактов о самих нападавших.

Согласно сообщениям провластных медиа, поздно вечером в новосадском районе Ново Насеље были жестоко избиты активисты СНС Мирослав Стоилькович и Стефан Станоевич. Один из них получил двойной перелом плеча, у другого — множественные ушибы.¹ Партия тут же связала нападение с «блокадным движением», заявив, что это «брутальное насилие над инакомыслящими» и «единственная программа блокадеров».¹

Утром провластные сайты вышли с заголовками в стиле боевого листка: «Блокадеры жестоко избили активистов СНС, у одного двойной перелом плеча!»¹ и «БЛОКАДНЫЕ БАНДИТЫ, ТРУСЫ, НАСИЛЬНИКИ!» — так был подан видео‑комментарий лидера партии Милоша Вучевича.³

Вучевич, советник президента и глава СНС, выступил с резким обращением: он назвал нападавших «блокадерскими бандитами, трусами, подонками и насильниками» и обвинил всё «блокадное движение» в том, что насилие — их «единственная программа», а протестующие «не могут вынести, что есть люди, которые их не боятся и думают иначе».² По его словам, нападавшие «мучительно и трусливо» избили активистов и тем самым показали, «как выглядели бы Нови-Сад и вся Сербия, если бы они решали за всех граждан».³

Днём Вучевич перешёл от криминального эпизода к большой политике: потребовал от полиции и судов «быстро найти этих убийц» и «одинаково применять закон ко всем»,³ пообещал, что «никто не остановит Сербию, потому что Сербия одна-единственная и Сербия побеждает»,³ и заодно напомнил: летних выборов не будет, а все участники будущих кампаний обязаны заранее признать результаты — в том числе и оппозиционные блокадеры.³

При этом другая сторона конфликта в освещении провластных СМИ попросту не существует: ни комментариев от оппозиции, ни версий о возможных личных мотивах нападения. «Блокадное движение» выступает здесь исключительно как ярлык — удобный враг, через которого власть цементирует собственный лагерь, превращая уличное насилие в еще один аргумент за «стабильность под контролем СНС».²