Президент Сербии, оппозиционные НКО и напуганная журналистская семья — в Нови-Саде наглядно столкнулись вопрос безопасности и язык политической ненависти.

Как развивались события

В ночь с субботы на воскресенье в Нови-Саде несколько маскированных людей разбили и разрушили автомобиль Давида Грухоньича, сына журналиста и университетского профессора Динко Грухоньича.¹ В гражданском секторе этот эпизод сразу восприняли не как «обычный» вандализм, а как новый уровень давления на неугодного власти критика.

Утром в понедельник несколько организаций гражданского общества объявили о срочном «сходе поддержки Динко Грухоньича» у его дома в 19:30, на Балзаковой 45 в Нови-Саде.¹ В обращении они назвали нападение «пересечением последней красной линии» и «результатом атмосферы ненависти, которую верхушка режима создает сознательно, системно и непрерывно». Организаторы настаивают: это не изолированный инцидент, а логичное следствие «годами систематически организованной травли» в провластных медиа.¹

Позиция власти

Почти параллельно президент Александр Вучич публично осудил нападение. Он признал, что «думает всё наихудшее» о политических идеях Грухоньича, но подчеркнул, что это «не значит, что кто-либо имеет право расправляться с ним и его семьёй таким образом».² Вучич потребовал от компетентных органов найти исполнителей «этого вандального акта» и заявил, что «Сербия должна быть безопасна для всех людей, независимо от их политических взглядов».²

Одновременно президент обвинил самого Грухоньича в том, что тот «всё время провоцировал и искал насилие против нас», оговорившись, что это «никого в мире не оправдывает» применять насилие против него и его семьи.² Он также призвал к «успокоению ситуации», напомнив о человеческой реакции отца, узнавшего об атаке на сына.²

Противостоящие интерпретации

Гражданские организации видят в нападении прямое следствие демонизации критиков власти и требуют не только поимки исполнителей, но и ответственности «вдохновителей» насилия, занимающих позиции власти.¹ Вучич, напротив, старается развести политический конфликт и уличное насилие, закрепляя линию: идеи Грухоньича — «наихудшие», насилие против него — недопустимо.²

На вечер в Нови-Саде анонсирован митинг солидарности — тест на то, сколько граждан готовы открыто сказать, что террор и запугивание не должны становиться новой нормой.¹