Вашингтон и Тегеран кладут конец войне — а Трамп одновременно открывает Ормузский пролив, сыплет обидами в соцсетях и ссорится с давними союзниками. Мирный меморандум оказался не только геополитическим, но и внутриполитическим землетрясением.

Как подписывали «мир на расстоянии»

В среду президенты США Дональд Трамп и Ирана Масуд Пезешкян дистанционно подписали 14‑пунктовый Меморандум о прекращении войны: немедленное прекращение военных операций, открытие Ормузского пролива, снятие санкций и отказ Тегерана от ядерного оружия.¹ Документ вступил в силу сразу после подписания² и запустил 60‑дневное перемирие.³

Физически Трамп поставил подпись в Версале после саммита G7 — Белый дом даже выложил «кадры для истории» с церемонии.²⁴ Пезешкян подписывал из Тегерана, обе подписи изначально были оформлены в цифровом формате.³

Рынки ликуют, нефть летит вниз

Соглашение тут же ударило по ценам на нефть: котировки Brent и WTI просели, а фьючерсы на американские акции подскочили на волне «аппетита к риску».⁵⁶ Одновременно Международное энергетическое агентство предупредило: уже в 2027‑м мир может столкнуться с «значительным избытком» нефти.⁵

Большая дипломатия: Швейцария, Пакистан, Катар

Завтра в швейцарском Бюргенштоке стартуют первые переговоры по реализации соглашения — с участием посредников из Пакистана и Катара.²³ МАГАТЭ приветствовало меморандум и заявило, что теперь «начинается техническая часть работы» по ядерным ограничениям Ирана.¹

Пентагон тем временем поднимает ставки: глава Минобороны Пит Хегсет предупредил, что США готовы «возобновить военную акцию и ввести жёсткую блокаду», если Тегеран нарушит договорённости.¹

Трамп против всех — от критиков до Нетаньяху

Внутри США сделка расколола республиканцев и движение MAGA, где разгорелась «жестокая схватка» из‑за Ирана.⁷ Сам Трамп отвечает в фирменном стиле, называя тех, кто считает его мягким к Тегерану, «дураками», «завистливыми, плохими или глупыми людьми».⁸⁹¹⁰

Параллельно трещит ось Вашингтон–Тель‑Авив: Трамп публично «режет» Биньямина Нетаньяху, призывая «перестать взрывать здания в воздух» и признавая, что устал от его постоянных требований новых ударов.¹¹ Для президента, опасающегося повторить судьбу Герберта Гувера из‑за иранской войны и её экономических последствий, мир с Тегераном — не идеология, а борьба за собственное политическое наследие.¹¹