Знаковое полотно Уроша Предича «Косовская девушка» снова превращают в символический штандарт: к Видовдану его повезут в тур по «культурной оси» Лесковац–Белград, совмещая искусство, память и политику идентичности.

Хронология: от Лесковаца к столице

Сначала картина приедет в Лесковац, где Народный музей — официальный «национальный столица культуры 2026 года» — выставит её 25 и 26 июня.¹ Затем, строго по календарю символов, 28 июня, в сам Видовдан, полотно покажут в Конаке княгини Любицы в Белграде.²

Так выстраивается ритуальный маршрут: периферийный, но титулованный Лесковац — и политико-исторический центр, Белград. Организаторы подчёркивают, что показ входит в официальную программу празднования Видовдана, превращая музейный жест в акт государственной культурной политики.¹

Власть и «главная картина нации»

Про‑правительственные медиа и городские власти делают на полотне идеологический акцент. По словам секретаря по культуре Белграда Елены Медакич, «уже шесть лет подряд, на великий сербский праздник Видовдан, перед белградской публикой мы выставляем “Косовку девушку”», а по результатам опросов «сербский народ признаёт это произведение как самое значимое в национальном изобразительном искусстве».²

Именно эти данные, отмечает Медакич, подтолкнули Музей города Белграда к решению ежегодно показывать картину на Видовдан до открытия постоянной экспозиции.² Теперь же власть использует и статус программы «Лесковац — столица культуры Сербии 2026» — как повод вывезти «самую узнаваемую сербскую картину» в регионы.²

Символика и коллективная память

Оба прорежимных издания подчёркивают: «Косовская девушка» — «одно из ключевых произведений сербской живописи» и «шедевр национального искусства», вдохновлённый одноимённой эпической песней.¹² Композиция с девушкой, помогающей раненому Орловичу Павлу на поле боя, концентрирует мотивы милосердия, самопожертвования и гуманности и занимает центральное место и в творчестве Предича, и в коллективной памяти сербов.²

Так к очередному Видовдану власть не просто вспоминает прошлое — она тщательно репостановывает каноническое визуальное предание, закрепляя через музейный ритуал свой вариант национального мифа.