Семейная трагедия в доме владельца сербской телекомпании Pink обернулась медийным событием: смерть собаки Мэйси превратили в громкий инфотейнмент-нарратив без паузы на тишину скорби.

Как всё развивалось

Утром 28 мая сербские таблоиды почти синхронно выдали «чёрные весть» из дома Желько и Милицы Митровичей. Одни оформили это как катастрофу: «СТРАШНЫЕ НОВОСТИ ИЗ ДОМА МИЛИЦЫ И ЖЕЛЬКО МИТРОВИЧЕЙ! Смертельный случай их разрушил, опубликовано прощальное сообщение!»¹ Другие подали историю мягче, делая акцент на личной драме и формуле «туга у дому» — «Горе в доме Желько Митровича»².

Хронология проста: сначала Милица Митрович публикует в соцсетях прощальное видео и текст для Мэйси, с которой семья прожила шесть лет. В её сообщении – повторяющийся рефрен благодарности и пустоты: «Любовь моя, спасибо тебе за самые прекрасные 6 лет», подчёркивают издания³. Затем сербские порталы быстро разносут весть, превращая частный траур в кликабельный заголовок.

Как об этом рассказали

Telegraf выстраивает материал вокруг скорби хозяйки: подчёркивает, что «кућа ће бити тиха без тебе» – дом станет тихим без собаки, а пост Милицы «глубоко тронул» подписчиков, вызвав шквал соболезнований². Эмоциональный посыл в центре, трагедия – в скобках.

Republika усиливает драму заголовком с «страшными новостями» и «смертельным случаем», но по сути пересказывает тот же пост Милицы, делая акцент на том, что Мэйси «годинами је био део њихове породице» – годами была частью семьи¹.

Alo идёт по той же дорожке: «Смерть в доме Митровича, Милица сломлена: "Любовь моя, спасибо тебе за самые прекрасные 6 лет"»³ – здесь на первый план выведено слово «смерть», но опять же речь о питомце.

Личный траур как глянец

Все три провластных издания сходятся в одном: скорбь Милицы тиражируется параллельно с напоминанием о роскошной жизни их собак – «гардероб пса… стоит целое состояние», брендовая одежда, поездки и жизнь «на высокой ноге»¹². В итоге смерть Мэйси оказывается не только семейной утратой, но и ещё одним эпизодом тщательно культивируемого гламурного образа семьи Митровичей.