Трагедия, которой 34 года, снова стала политическим аргументом: в Баня-Луке вспоминают 12 умерших младенцев — и одновременно обвиняют «великіе силы мира» и решения ООН.

1992: смерть в кислородном вакууме

Весна–лето 1992‑го. В разгар войны в БиГ Совет Безопасности ООН запрещает авиасообщение, включая рейсы, которые должны были доставить в Баня-Луку баллоны с медицинским кислородом из Белграда.¹ В клиническом центре города заканчиваются запасы, и 12 новорождённых погибают от удушья. Эта история быстро становится одним из самых мрачных символов конфликта в Боснии и Герцеговине.²

Память как политика: 2026 год

22–23 мая 2026 года в центре Баня-Луки у мемориала «Живот» снова собираются люди — родственники, чиновники, ветераны. На памятнике — венки и цветы: «венци и цвеће на спомен‑обележју „Живот” на годишњицу смрти 12 беба».¹

Представители властей Республики Сербской подчёркивают: дети умерли не из‑за нехватки профессионализма врачей, а из‑за «нерозумевања светских сила», не позволивших транспорт кислорода.¹ Официальный нарратив фиксируется жёстко: виноваты международные решения, а не местные структуры.

Как трактуют трагедию сегодня

Проправительственные медиа называют события мая–июня 1992‑го «један од најпотреснијих симбола рата у БиХ»² и подчёркивают прямую причинно‑следственную связь: запрет полётов Совбезом ООН — невозможность доставки кислорода — смерть 12 младенцев.²

Критики, напротив, указывают, что за 34 года так и не проведена независимая международная экспертиза всех обстоятельств, а трагедия регулярно используется для укрепления жертвенного мифа и давления на международные организации. Для одних это день молчаливого траура, для других — повод напомнить о цене решений, принимаемых далеко от Баня-Луки.