Семь сербских директоров из Грачаницы вышли из косовского изолятора, но не из правовой серой зоны: до 19 июня они обязаны регулярно отмечаться в полиции, а дело о «влиянии на избирателей» никуда не делось.

Как развивалась история

19 мая директоров образовательных и медицинских учреждений в Грачанице задерживают по подозрению в нарушении «свободного опредељења бирача» — влиянии и угрозах перед местными выборами 7 июня.¹ По данным прокуратуры в Приштине, аресты последовали после заявлений министра за общины и возвращение Ненада Рашича о якобы имевших место угрозах избирателям.²

21 мая Основной суд в Приштине принимает сторону обвинения и назначает семерым по 30 дней притвора.³ Почти сразу вслед за этим в Грачанице начинаются ежедневные мирные протесты врачей и учителей, требующих освобождения своих руководителей.¹, ³

11 июня суд разворачивает курс: мера притвора отменена, Милица Димич, Бобан Петрович, Небойша Рашич, Братислав Лазич, Саша Младеновић, Мирьяна Димитриевич и Любиша Караджич выходят на свободу, но под обязательство регулярно являться в полицию до 19 июня и защищаться с воли.¹, ², ³

Чем отличаются интерпретации

Про‑правительственные издания подают решение как частичную победу над «так называемой косовской полицией» и «привременными институцијама у Приштини», подчёркивая политический характер всего процесса и роль солидарности работников, которые «од 20. маја су организовали мирне протесте».¹, ²

Оппозиционный «Данас» смещает акцент: называет структуры прямо «установама на Косову и Метохији», напоминает о других делах — о задержанном Александре Трайковиче из Угльяра и о двух сербах из Гораждевца, получивших домашний арест в день выборов.³ В их версии это не единичный инцидент, а цепочка репрессивных мер вокруг выборов.

Итог: формально суд смягчил меру пресечения, но спор о том, где заканчивается борьба с давлением на избирателей и начинается политическое устрашение, только разогревается.