Београд вот уже две недели живёт в режиме духовного марафона: к Поясу Пресвятой Богородицы у Храма Святого Саввы тянутся километровые очереди, а вместе с верой на поверхность вышли и суета, и скепсис, и политика.

По дням: как рос «поток» к святыне

20 мая святыня из монастыря Ватопед прибывает в Храм Святого Саввы. Интерес столь велик, что пребывание Пояса продлевают, а верующим напоминают: «осталось ещё немного времени» для поклонения до 6 июня.¹

К 2 июня Сербская православная церковь фиксирует 576 793 паломников: «Поясу Пресвятой Богородицы… поклонило се више од пола милиона верника».² Для Патриархии важен не сам рекорд, а то, что народ «потврђује вековну оданост Светосавском и Светолазаревском завету».²

В те же дни медиа считают не только головы, но и метры: «док се ред испред Храма протеже 4 километра…» — пишет оппозиционный City Magazine, отмечая, что именно на пике ажиотажа на площадке Kupindo появляется объявление о продаже «Часног појаса Пресвете Богородице», которое платформа спешно удаляет как нарушающее правила.³

Власть и церковь: демонстрация «живой веры»

Патриарх Порфирий служит литургию у Пояса и заявляет, что народ «показао… да је вера жива… да желимо да се боримо против греха… против мржње, против себичности».⁴ Он признаёт, что есть и те, кто «презиру нашу смиреност» и не понимают, «о чему се овде ради», но призывает молиться и за них, «да им се духовне очи отворе».⁴

Властвующий лагерь подчёркивает «народность» события: «Појасу Пресвете Богородице поклонило се више од пола милиона верника», — акцентирует «Политика».² Курируемые властью таблоиды выносят в заголовки, что супруга президента Тамара Вучич с сыном Вуканом «сатима чекала у реду» вместе с остальными верующими.⁵

Оппозиционный ракурс: культ и коммерция

Оппозиционные медиа, не отрицая масштаба веры, фиксируют тень вокруг культа. City Magazine описывает, как на фоне «хиљаде људи… окупљају се испред Храма Светог Саве» появляется онлайн‑объявление о «Часном појасу», тут же удалённое как несоответствующее правилам.³ Сам факт попытки «оцифровать» реликвию становится для них символом того, как святость и рынок опасно сближаются.

Звёзды, вера и массовая эмоция

Провластные таблоиды выстраивают параллельную, более глянцевую хронику. «НОГИ ПРАЗНЫ, НО ДУША ПОЛНА», — цитируют пост Бояны Барович о шестичасовом ожидании в очереди с Николаем Роквичем, подчёркивая, что ради Пояса «ноги празне, но душа полна».⁶

Финальную точку в медийной истории ставит Новак Джокович. Телеграф восторженно пишет: «Đoković oduševio Srbiju, javio se zbog Pojasa Presvete Bogorodice», напоминая его мантру: «Вера значи све. Ја без вере престајем да постојим… сматрам себе човеком који жели мир свима у свету».⁷ Оппозиционный «Данас» пересказывает его молитвенный пост: «Пресвета Богородице, моли се за нас грешнике сада и у часу смрти наше. Бог је са тобом и када нико није. Нема веће силе од божанске».⁸

6 июня Пояс вернётся в Ватопед, но спор о том, где заканчивается вера и начинается политический и коммерческий спектакль, в Сербии только разгорается.