Высший суд Белграда поставил точку в одном из самых мрачных дел современной Сербии — но спор о том, достаточно ли это, только начинается.

Как готовился кошмар 3 мая

Суд установил: подросток из начальной школы «Владислав Рибникар» решил устроить массовое убийство за две–три недели до нападения, вдохновившись «Колумбайном».¹ Он отключал камеры наблюдения в квартире, искал и прятал оружие, готовил коктейли Молотова и составил список детей для расстрела.² В квартире Кецмановичей, по данным следствия, находилось «большое количество оружия, практически как оружейная комната».³

Ночь перед нападением он провёл без сна, перезаряжая пистолет в ванной и собирая арсенал в рюкзак.⁴ Утром родители ушли на работу и по делам, не проверив, пошёл ли сын в школу.⁵ В 8:31 мать послала ему сообщение: «Ты успел на первый урок?» — через семь минут начался расстрел.⁵

За две минуты и одну секунду он выпустил 66 пуль, около 75% которых попали в людей;⁶ убиты девять учеников и охранник, ещё шестеро ранены.⁷

Приговор родителям и реакция системы

На повторном процессе Владимир Кецманович получил 14 лет и 6 месяцев лишения свободы, его жена Миляна — 2 года и 11 месяцев за пренебрежение и жестокое обращение с несовершеннолетним и тяжкое преступление против общественной безопасности.⁸ Прокуратура настаивает, что «только максимальные наказания были бы законными и справедливыми» и уже подала апелляцию.⁹

Адвокат Снежана Дунич называет этот приговор «огромным шагом в профилактике подобных случаев» и потенциальным ориентиром для будущих процессов, если его подтвердит апелляция.¹⁰

Гнев и боль семей жертв

Часть родителей жертв, как Анђелко Ачимович, говорят, что «никогда не забудут этот ужас» и в целом довольны тем, что судья «мастерски сделал свою работу».¹¹ Другие, как психолог и мать погибшего Андрии Сузана Чикич, уверены: «в этом случае нет полной справедливости», потому что за само убийство не ответит никто и существовали явные сигналы, что «что‑то не так».¹²

Обнажён остаётся главный вывод: между «семьёй, полной любви», как её описывали подсудимые,² и реальностью мальчика, для которого тюрьма казалась милее собственного дома,¹³ пролегла смертельная трещина, цену которой заплатили дети.