В Нише продолжается процесс, который уже вышел за рамки одной трагедии и превратился в суд над самим сербским законодательством о несовершеннолетних. В центре – убийство 13‑летнего Андрея Симича и вопрос: кто реально отвечает за этот нож из Нишской Бани.

Как развивались события

Октябрь 2023‑го: в доме в Нишской Банье на чердаке‑«импровизированном спортзале» Андрей Симич получает почти 40 ножевых ранений и погибает на месте.¹ Подозреваемый – его ровесник, 13‑летний М.М., который вскоре оказывается в Специальной психиатрической установке в Белграде, где находится уже почти три года.¹

9 февраля 2026 года начинается процесс не над убийцей, а над его родителями – им вменяют тяжкое нарушение общественной безопасности, а также запущенность и жестокое обращение с ребёнком из‑за игнорирования его крайне агрессивного поведения.²

На недавнем заседании в Высшем суде Ниша подросток лично, под конвоем полиции и медиков, даёт показания – вопреки первоначальному плану ограничиться видеосвязью.¹ После допроса его вновь под усиленной охраной возвращают в психиатрическую клинику.¹

Голос родителей Андрея

Мать погибшего, Саня Симич, резко атакует систему: она не принимает, что до 14 лет дети фактически уголовно не отвечают. «Если ты был способен сделать такое, будешь способен и отвечать за это», – говорит она, считая виновными и родителей, и самого мальчика.² Её слова о реакции семьи обвиняемого звучат жёстко: «Плакали – и должны. И я плакала, а меня никто не спросил как мне. Они его видят, знают, что он жив, накормлен, откормлен».²

После очной встречи с убийцей сына Саня заявляет: раскаяния она не увидела – только «разные отговорки».³ Больше всего её возмущает перспектива свиданий родителей с мальчиком и даже возможного освобождения: по её словам, этот случай нельзя было рассматривать только «в рамках закона», нужно было «особое решение».³

Отец, Мича Симич, наоборот, концентрируется на процедуре: он говорит, что доволен ходом заседания – всё, что вытекало из многочисленных отчётов и доказательств, в суде подтвердилось.³ Ранее он публично выражал страх, что «малолетний монстр» мог получить инструкции, как исказить факты.⁴

Позиция суда и адвокатов

Процесс закрыт для публики «в интересах несовершеннолетних», напомнил адвокат семьи Симич, Саша Кнежевич, отказавшись раскрывать детали допроса.¹ Он подчёркивает: родители убитого мальчика ожидают для подсудимых «наистрожайшие наказания».¹

Защитная линия фактически повторяет букву закона: формальный убийца – уголовно неответственный ребёнок; юридически под судом – только его родители и их «неадекватная реакция» на жестокость сына.¹

Что дальше

Саня надеется, что приговор вынесут до конца года, хотя следующее заседание назначено лишь через месяц, а затем ждут ещё свидетели и экспертизы.² Пока же каждое новое слушание в Нише превращается в публичный референдум: чья это вина – семьи, системы или закона, который, по словам матери, «слишком смотрит на букву, а не на кровь на полу чердака».